Режиссер: Ян Комаса Сценарий: Бартек Бартосик, Наккаш Халид В ролях: Стивен Грэм, Андреа Райзборо, Энсон Бун, Кит Ракусен, Моника Фрайчик, Каллум Бут-Форд, Ной Манзур, Остин Хейнс, Саванна Штейн

История привязанности

Сюжет про то, как некие маньяки похитили кого-то и приковали в подвале, в кино встречается с завидной регулярностью. Правда, обычно это фильмы ужасов и триллеры. «На цепи» Яна Комасы формально тоже можно отнести к хоррорам. Но по сути это психологическая драма о зависимости и привязанности...

В плену

Молодой британский хулиган Томми (Энсон Бун) прожигает жизнь, тусуясь в ночных клубах. Его дни состоят из пьяных выходок, беспорядочных сексуальных связей, лихих драк и буллинга окружающих. «Подвиги» парень с гордостью фиксирует на смартфон и выкладывает в сеть. Однако как-то раз смазливый гопник приходит в чувство после очередной ночи бесславных приключений и обнаруживает себя сидящим на цепи в каком-то подвале.

Странная семья в лице пугающего тихони Криса (Стивен Грэм), его женушки-сомнамбулы Кэтрин (Андреа Райзборо) и их нервного сына Джонатана (Кит Ракусен) пленила его с целью принудительного перевоспитания. Поначалу необузданный бузотер ведет себя дерзко, грозит расправой и смеется над попытками похитителей наставить его на путь истинный. Но постепенно подпадает под влияние Криса и его домашних, которые, похоже, искренне хотят сделать из наглого шакала человека и идут к цели, сочетая дозированное насилие с поощрениями и побуждая Томми развивать свой ум и проявлять эмпатию.

Отношения героя и его «приемной семьи» теплеют, хотя это не отменяет жажды хлопца сбежать. Однако привязанность парня к чудной троице уже не разрушить. Ведь они единственные, кому не плевать на его судьбу...

Цепь событий

Режиссер проделал хитрый трюк: заставил нас сочувствовать как похищенному, так и похитителям. При том, что пленник — социопат в духе бандита-психа Алекса из «Заводного апельсина» Стэнли Кубрика, а дисфункциональная семейка Криса идет на тяжкое преступление, дабы залечить раны прошлого (тут давайте обойдемся без лишней информации, ибо спойлеры не приветствуются).

С изрядным мастерством постановщик родом из Польши подводит зрителя к мысли, что «стокгольмский синдром» — не только феномен внезапно возникшей симпатии заложника к террористу, но порой и отправная точка для процесса взаимообусловленной психотерапии, способной привести в итоге не к катастрофе, а к катарсису. Это далеко не тривиальная мысль. И в большинстве случаев, честно говоря, совершенно не рабочая, поскольку поговорка «горбатого могила исправит» возникла не на пустом месте. Но у нас тут все же кино, помните?

Происходящее в фильме формально поддерживает считающееся ныне реакционным методом воспитания старое доброе принуждение к добру. Вполне гуманистический посыл — для прошлого века. Однако если волк, однажды посаженный на цепь, спустя тысячелетия стал псом и лучшим другом человека, может, для некоторых приматов, чтобы стать человеком, это тоже полезно? «На цепи» убедительно показывает, что такое не исключено.

© Александр Чекулаев, "Петербургский телезритель"

18.03.26