Что такое АА?
Был у нас в кроссвордной среде один пробивной пенсионер – Леонид Борисович Зубков. Вот помните активистку Шурочку из "Служебного романа"? Ну, которая деньги на похороны Бубликова собирала. Так вот это и есть Зубков, только без юбки.
Если кому-то из вас приходилось видеть в моей постперестроечной "Сове" ебанутые на всю голову ребусы – это его работы. Отказать было решительно невозможно. Хозяйка издательства не раз вызывала меня на ковер и говорила:
– Генрих, ну сколько можно, я специально тебя наняла, чтобы омолодить коллектив, а ты опять ставишь этот дремучий совок!
– А вы попробуйте ему отказать! – отвечал я. – Он же потом всё равно побежит к вам и всё устроит.
– Ну, ладно, – говорила Диана. – Но больше двух полос ему не давай.
Тут надо бы пояснить смысл прилагательного "постперестроечный". Дело в том, что несмотря на нахлынувшую свободу, наш менталитет всё равно оставался советским, хотя в то время от всего советского старались избавиться. Например, в нашем издательстве серп и молот позволялся только в логотипе нашего спонсора "Аэрофлота", а за формулировку "Заслуженный артист РСФСР" в определении кроссворда любой автор вылетал с пинком под задницу лично от меня. Я берег глаза и уши читателей как мог, вот только для Зубкова было исключение. Не мог отказать старику. И Диана не могла. В этой быдлопутинской рулёжке "Назад в СССР" есть и наша вина. Недотянули тогда, недожали...
Ну, ладно, не будем о грустном. Где-то на пороге миллениума у кроссвордных издательств пошла мода печатать кроссвордные словари (разные всякие, с сортировкой по темам или по длине слова). Пионерами стали торговцы огурцами (ныне "ОЛМА-Пресс") и "Эксмо" (позже они выкупили нашу "Сову" с потрохами). Но так как они москвичи, это выглядело как плевок в лицо. На самом деле, "московская прописка" таких словарей была лишь пунктиком для подъёбок, просто словари были реально отстойные – разбиение по тематикам косое, списки далеко неполные и так далее.
Зубков просек эту тему и начал готовить свой словарь. С блэкджеком и шлюхами, как выразился бы нынешний интернетчик. Мне его сбагрить даже не пытался. Хоть мы и были с ним собутыльниками, но политику издательства я блюл как умел – вот ваш разворот под ребусный кроссворд, Леонид Борисыч, остальное мне не положено.
И еще одна ремарка: в то время питерские издательства можно было по пальцам пересчитать, и я прекрасно знал сотрудников многих из них.
Короче, звонят мне то ли из "Кристалла", то ли из "Невы". Кто, уже не помню. Разговор был примерно такой:
– Генрих, ну вы ж Зубкову как сын родной, объясните старику, что это как минимум неприлично.
– А что вас смутило? – перебиваю я.
– Ну, мы сейчас издаём "Кроссвордные рекорды", вы там есть, если что. Но проблема в том, что Зубков хочет пристроить туда свой словарь с сортировкой слов по длине и у него первое слово "АА".
– Нормальное слово, река вроде такая есть где-то.
– Да знаю я, но Зубков настаивает, чтобы в толковании написали "испражнение".
– Что?
– АА – это испражнение по Зубкову. Не хочет менять. Вы можете с ним поговорить?
Ну. что сказать. Я, конечно, позвонил ему в тот день. Сказал, мол, как же так, Леонид Борисыч, вы как стопудовый еврей ратуете за чистоту русского языка, а сами... Может, еще и матерные слова в справочник добавим?
Леонид Борисыч всё понял. Осознал... Через месяц пришел ко мне в гости, достал из своей сумки книжку и бутылку рябиновой настойки и сказал:
– Давай отметим выход моего словаря! Держи авторский экземпляр, ты там есть.
Я попытался сострить:
– Жаль, что АА-испражнения там нет, был бы с ним хорошей парой.
– Кто сказал, что нет? Вот смотри, всё на месте!
И действительно: в самом начале словарика:
АА Испражнение.
© Генрих Лиговский
04.08.2019
Тема на форуме >>>
|
