Джонни Мнемоник:
классике киберпанка — 20 лет

Двадцать лет тому назад, в апреле 1995 года, в Японии состоялась премьера ленты, которая не впечатлила ни критиков, ни зрителей, однако обеспечила себе культовый статус. «Джонни Мнемоник» стал первым фильмом в жанре киберпанк, прорвавшимся на экраны, — и предвосхитил появление знаменитой «Матрицы» (1999)...

Правим первоисточник

В основе картины лежит одноименный рассказ Уильяма Гибсона 1986 года. Сознавая ограничения тогдашних технологий киношных спецэффектов, автор сильно переработал его для экранизации, упростив сюжетные моменты, которые требовали дорогих комбинированных съемок. В итоге история курьера, чей мозг используется в качестве переносного жесткого диска, превратилась в сценарий криминального черно-белого неонуара с редкими элементами фантастики. Писатель решил, что в таком виде бюджет проекта не превысит $1,5 млн, а столь небольшие деньги можно будет быстро найти.

Не тут-то было! Продюсеры артхауса, слыша непонятное слово «киберпанк», тут же поворачивали оглобли, а на больших студиях не видели коммерческого потенциала в футуристическом боевике без экшна и спецэффектов. По легенде, дело сдвинулось с мертвой точки лишь тогда, когда сценарий втихаря подбросили на порог Киану Ривза, который как-то признался в любви к книгам Гибсона, а из-за «Скорости» (1994) являлся самой «горячей» восходящей звездой сезона, способной привлечь под кино со своим участием значительный бюджет.

Виртуальная реальность

На самом деле все это сказки. Ривз изначально был совсем не при делах, а прославившая его «Скорость» вышла, когда он уже снимался в «Джонни Мнемонике». Студия TriStar Pictures рискнула заняться проектом только после того, как стал очевиден громадный потенциал бурно развивающихся интернет-технологий и рост интереса к виртуальной реальности. Первым, кому предложили главную роль, стал Вэл Килмер. И актер уже почти подписал контракт, однако в последний момент получил более выгодное предложение — сыграть в «Бэтмене навсегда» (1995).

Звездой картины мог стать Кристофер Ламберт, но он также предпочел проект повернее — файтинг «Смертельная битва» (1995). Ривз подключился уже после того, как о «Джонни Мнемонике» стали вовсю судачить в голливудских кулуарах. Зато как только актер дал согласие, продюсеры без особых проблем нашли под кино с перспективной звездой $26 млн. И Гибсону вновь выпало править сценарий, возвращая в него вымаранные ранее сцены, предусматривающие интенсивный экшн и компьютерную графику.

Полная переделка

Съемки фильма, режиссером которого выступил дебютант в полном метре — клипмейкер и перформансист Роберт Лонго, прошли в Канаде: Торонто и Монреаль изображали мегаполисы будущего, в том числе Пекин.

Из-за неопытности постановщика (и его артхаусных закидонов) процесс шел довольно нервно, и первая версия ленты продюсеров не порадовала. Лонго был хорош по части визуальных находок, но в создании саспенса, работе с актерами и ритмике монтажа смыслил мало. Поразмыслив, боссы студии дали авторам еще немного денег, чтобы переснять ряд неудачных сцен, добавить перестрелок, погонь и логических связок между эпизодами. Зато при этом велели урезать роль Такеши Китано в роли злодея Такахаси (в японской версии оставили как было, поэтому она на 7 минут длиннее), а также значительно сократить роль Дольфа Лундгрена в образе безумного убийцы-проповедника Карла — уж очень антиклерикальный заряд нес этот персонаж, и киношники боялись, что на них ополчатся церковники.

Кроме того, студийным чиновникам не понравилась музыка Майкла Данна. Ее таки оставили в японской версии, а вот к американской заказали новый саундтрек, более энергичный и яркий. Его написал композитор «Терминатора» Брэд Фидель.

Синдром «первого блина»

Пертурбации с пересъемками и периодом постпродакшна, который растянулся на целый год, сослужили «Джонни Мнемонику» плохую службу. Японцы встретили проект сдержанно, и участие Китано не превратило его в хит. А в американском прокате картина угодила в жернова между «Крепким орешком 3» и «Каспером» и собрала всего $19 млн. Тем не менее, катастрофического провала, как предрекали эксперты, не случилось: мировые сборы фильма составили утешительные $52,4 млн, и спустя некоторое время он полностью окупился на видео.


15.04.15
© Елена Чекулаева
"Петербургский телезритель" 2015