|
В пустыне чахлой и скупой
Инопланетного масштаба
Московский воевал ковбой,
И по нему скучала баба.
Но память стёрли пацану,
Назад отправили в психушку.
Он видел сны про ту войну
И думал, что свистит кукушка.
Заветный свист кукухи той
Звал на девятую планету.
Вновь спустится в метро ковбой,
Помчится к бабе на край света.
Возможно, с книгой всё окей,
Но фильм сварганили неловко.
Застрелят тысячу чертей,
А всё решит любовь-морковка.
Ирина с Юрою – мискаст
Без яркой химии экранной.
Злодей – какой-то флудераст
Немотивированный, странный.
Инопланетные зверьки
То лечат, то калечат сдуру.
Потом промямлят: "Чуваки!
Давайте лучше в шуры-муры!"
Инопланетных даже жаль.
Совсем без гордости и злости.
"Добро пожаловать в наш рай!
Плодитесь, размножайтесь, гости!" –
Они как будто говорят
С вуайеристским предвкушеньем.
Земляне их благодарят
И угрожают продолженьем.
|
